Воспитание чувства общности.
Теория Альфреда Адлера
Альфред Адлер (1870-1937) - австрийский психолог, психиатр и мыслитель, создатель системы индивидуальной психологии.

Главные, ключевые принципы теории А. Адлера:
1) социальный интерес
2) стремление к совершенству
3) стиль жизни
4) творческое Я
5) чувство неполноценности и компенсация
6) порядок рождения
7) фикционный финализм

1. Социальный интерес

Концепция, имеющая решающее значение в индивидуальной психологии Адлера – это социальный интерес. Концепция социального интереса отражает стойкое убеждение Адлера в том, что мы, люди, являемся социальными созданиями, и если мы хотим глубже понять себя, то должны рассматривать наши отношения с другими людьми и, ещё более широко, – социально-культурный контекст, в котором мы живём.

Многие критики считали, что позиция Адлера в вопросе мотивации представляет собой не более чем замаскированную версию доктрины Дарвина о том, что выживает сильнейший. Однако позднее, когда теория Адлера получила дальнейшее развитие, в ней было подчёркнуто, что люди в значительной степени мотивированы социальными побуждениями. А именно, людей побуждает к тем или иным действиям врождённый социальный инстинкт, который заставляет их отказываться от эгоистичных целей ради целей сообщества.

Суть этого взгляда, нашедшего своё выражение в концепции социального интереса, состоит в том, что люди подчиняют свои личные потребности делу социальной пользы. Выражение "социальный интерес" происходит от немецкого "Gemeinschaftsgefuhl" – термина, значение которого невозможно полностью передать на другом языке одним словом или фразой. Это означает что-то вроде "социального чувства", "чувства общности" или "чувства солидарности". Оно также включает в себя значение членства в человеческом сообществе, то есть чувство отождествления с человечеством и сходства с каждым представителем человеческой расы.

Адлер считал, что предпосылки социального интереса являются врождёнными. Поскольку каждый человек обладает им в некоторой степени, он является социальным созданием по своей природе, а не в результате образования привычки. Однако, подобно другим врождённым склонностям, социальный интерес не возникает автоматически, но требует, чтобы его осознанно развивали. Он воспитуем и даёт результаты благодаря соответствующему руководству и тренировке.

Социальный интерес развивается в социальном окружении. Другие люди – прежде всего мать, а затем остальные члены семьи – способствуют процессу его развития. Однако именно мать, контакт с которой является первым в жизни ребёнка и оказывает на него наибольшее влияние, прилагает огромные усилия к развитию социального интереса. По сути, Адлер рассматривает материнский вклад в воспитание как двойной труд: поощрение формирования зрелого социального интереса и помощь в направлении его за пределы сферы материнского влияния. Обе функции осуществлять нелегко, и на них всегда в той или иной степени влияет то, как ребёнок объясняет поведение матери.

Так как социальный интерес возникает в отношениях ребёнка с матерью, её задача состоит в том, чтобы воспитывать в ребёнке чувство сотрудничества, стремление к установлению взаимосвязей и товарищеских отношений – качеств, которые Адлер считал тесно переплетёнными. В идеале мать проявляет истинную любовь к своему ребёнку – любовь, сосредоточенную на его благополучии, а не на собственном материнском тщеславии. Эта здоровая любовь проистекает из настоящей заботы о людях и даёт возможность матери воспитывать у своего ребёнка социальный интерес. Её нежность к мужу, к другим детям и людям в целом служит ролевой моделью для ребёнка, который усваивает благодаря этому образцу широкого социального интереса, что в мире существуют и другие значимые люди, а не только члены семьи.

Многие установки, сформированные в процессе материнского воспитания, могут также и подавлять у ребёнка чувство социального интереса. Если, например, мать сосредоточена исключительно на своих детях, она не сможет научить их переносить социальный интерес на других людей. Если же она предпочитает исключительно своего мужа, избегает детей и общества, её дети будут чувствовать себя нежеланными и обманутыми, и потенциальные возможности проявления их социального интереса останутся неосуществлёнными. Любое поведение, укрепляющее в детях чувство, что ими пренебрегают и не любят, приводит их к потере самостоятельности и неспособности к сотрудничеству.

Адлер рассматривал отца как второй по важности источник влияния на развитие у ребёнка социального интереса. Во-первых, у отца должна быть позитивная установка по отношению к жене, работе и обществу. Вдобавок к этому, его сформированный социальный интерес должен проявляться в отношениях с детьми. По Адлеру, идеальный отец тот, кто относится к своим детям как к равным (как личность с личностью, при сохранении правильной иерархии в семье) и принимает активное участие, наряду с женой, в их воспитании. Отец должен избегать двух ошибок: эмоциональной отгороженности и родительского авторитаризма, имеющих, как ни странно, одинаковые последствия. Дети, чувствующие отчуждённость родителей, в жизни обычно преследуют скорее цель достижения личного превосходства, чем превосходства, основанного на социальном интересе.

Родительский авторитаризм также приводит к дефектному стилю жизни. Дети деспотичных отцов тоже научаются бороться за власть и личное превосходство, а не социальное.

Наконец, согласно Адлеру, огромное влияние на развитие у ребёнка социального чувства оказывают отношения между отцом и матерью. Так, в случае несчастливого брака у детей мало шансов для развития социального интереса. Если жена не оказывает эмоциональной поддержки мужу и свои чувства отдаёт исключительно детям, они страдают, поскольку чрезмерная опека гасит социальный интерес. Если муж открыто критикует свою жену, дети теряют уважение к обоим родителям. Если между мужем и женой разлад, дети начинают играть с одним из родителей против другого. В этой игре, в конце концов, проигрывают дети: они неизбежно много теряют, когда их родители демонстрируют отсутствие взаимной любви.

Социальный интерес как показатель психического здоровья

Согласно Адлеру, выраженность социального интереса оказывается удобным критерием оценки психического здоровья индивидуума. Он ссылался на него, как на "барометр нормальности" – показатель, который можно использовать при оценке качества жизни человека. То есть, с позиции Адлера, наши жизни ценны только в той степени, в какой мы способствуем повышению ценности жизни других людей. Нормальные, здоровые люди по-настоящему беспокоятся о других; их стремление к совершенству социально позитивно и включает в себя стремление к благополучию всех людей. Хотя они понимают, что не всё в этом мире правильно устроено, они берут на себя задачу улучшения участи человечества. Короче говоря, они знают, что их собственная жизнь не представляет абсолютной ценности, пока они не посвятят её своим современникам и даже тем, кто ещё не родился.

У плохо приспособленных людей, напротив, социальный интерес выражен недостаточно. Как мы увидим далее, они эгоцентричны, борются за личное превосходство и главенство над другими, у них нет социальных целей. Каждый из них живет жизнью, имеющей лишь личное значение – они поглощены своими интересами и самозащитой.

Формирование способности сотрудничать – один из важных аспектов социального интереса. Недостаток взаимодействия и, в результате, чувство собственной несостоятельности и недовольства жизнью есть корень всех невротических или неадаптивных жизненных стилей.

Адлер был убеждён в том, что, взаимодействуя друг с другом, вместе люди способны преодолеть собственную неполноценность быстрее и успешнее, чем действуя поодиночке. «Если человек взаимодействует с другими, – писал Адлер, – он никогда не станет невротиком». Те, кто внёс наибольший вклад в развитие человечества, всегда были наиболее кооперативными личностями, и работа величайших гениев всегда была направлена на пользу общества: «Людьми, которые действительно умеют встречать и решать свои жизненные проблемы, являются только те, кто стремится обогащать остальных, те, кто движется вперёд по пути, несущему пользу другим».

2. Стремление к совершенству

Адлер полагал, что чувство неполноценности является одним из источников устремлений человека к саморазвитию, росту и компетентности. Но какова же конечная цель, ради которой мы боремся, и которая обеспечивает меру постоянства и целостности нашей жизни? Движет ли нами потребность попросту избавиться от чувства неполноценности или одиночества? Или мы мотивированы стремлением безжалостно доминировать над другими? Или, быть может, нам нужен высокий статус? В поиске ответов на эти вопросы представления Адлера заметно менялись со временем.

В последние годы жизни Адлер пришёл к выводу о том, что стремление к совершенству является фундаментальным законом человеческой жизни; это нечто, без чего жизнь человека невозможно представить. Эта великая потребность возвыситься от минуса до плюса, от несовершенства до совершенства и от неспособности до способности смело встречать лицом к лицу жизненные проблемы, развита у всех людей. Трудно переоценить значение, которое Адлер придавал этой движущей силе. Он рассматривал стремление к совершенству (достижение наибольшего из возможного), как главный мотив в своей теории.

Адлер был убеждён в том, что стремление к совершенству является врождённым, и что мы никогда от него не освободимся, потому что это стремление и есть сама жизнь. Тем не менее, это чувство надо воспитывать и развивать, если мы хотим осуществить свои человеческие возможности. От рождения оно присутствует у нас в виде теоретической возможности, а не реальной данности. Каждому из нас остаётся лишь осуществить эту возможность своим собственным путём. Адлер полагал, что этот процесс начинается на пятом году жизни, когда формируется жизненная цель, как фокус нашего стремления к саморазвитию. Будучи неясной и в основном неосознанной в начале своего формирования в детские годы, эта жизненная цель со временем становится источником мотивации, силой, организующей нашу жизнь и придающей ей смысл.

Адлер предлагал разные дополнительные идеи о природе стремления к совершенству.

Во-первых, он рассматривал его как единый фундаментальный мотив, а не как комбинацию отдельных побуждений. Этот мотив выражается в осознании ребёнком того, что он бессилен и малоценен по сравнению с теми, кто его окружает.

Во-вторых, он установил, что это великое стремление вперёд и вверх по своей природе универсально: оно является общим для всех, в норме и патологии.

В-третьих, стремление к совершенству как цель может принимать как негативное (деструктивное), так и позитивное (конструктивное) направление. Негативное направление обнаруживается у людей со слабой способностью к адаптации, таких, которые борются за совершенство посредством эгоистичного поведения и озабоченности достижением личной славы за счёт других. Хорошо приспосабливающиеся люди, наоборот, проявляют своё стремление к совершенству в позитивном направлении, так, чтобы оно соотносилось с благополучием других людей.

В-четвёртых, утверждал Адлер, стремление к совершенству сопряжено с большими энергетическими тратами и усилиями. В результате влияния этой силы, сообщающей жизни энергию, уровень напряжения у индивидуума скорее растёт, чем снижается.

И, в-пятых, стремление к совершенству проявляется как на уровне индивидуума, так и на уровне общества. Мы стремимся стать совершенными не только как индивидуумы или члены общества – мы стремимся совершенствовать саму культуру нашего общества. В отличие от Фрейда, Адлер рассматривал индивидуума и общество обязательно в гармонии друг с другом.

Итак, Адлер описывал людей живущими в согласии с внешним миром, но постоянно стремящимися его улучшить. Согласно гипотезе Адлера, у человечества есть только одна конечная цель – развивать свою культуру. Проблему того, каким образом мы как индивидуумы пытаемся достичь данной цели, Адлер разрешал при помощи своей концепции стиля жизни.

3. Стиль жизни

Стиль жизни, в первоначальном варианте "жизненный план", или "путеводный образ", представляет собой наиболее характерную особенность динамической теории личности Адлера. В этой концепции, по существу идеографической, представлен уникальный для индивидуума способ адаптации к жизни, особенно в плане поставленных самим индивидуумом целей и способов их достижения. Согласно Адлеру, стиль жизни включает в себя уникальное соединение черт, способов поведения и привычек, которые, взятые в совокупности, определяют неповторимую картину существования индивидуума.

Как проявляется в действии стиль жизни индивидуума? Для ответа на этот вопрос мы должны ненадолго вернуться к понятиям неполноценности и компенсации, поскольку именно они лежат в основе наших стилей жизни. Адлер пришёл к выводу, что в детстве мы все чувствуем себя неполноценными или в воображении, или в реальности, и это побуждает нас каким-то образом компенсироваться. Например, ребёнок с плохой координацией может сосредоточить свои компенсаторные усилия на выработке выдающихся атлетических качеств. Его поведение, направляемое осознанием своих физических ограничений, становится, в свою очередь, стилем его жизни – комплексом поведенческой активности, направленной на преодоление неполноценности. Итак, стиль жизни основан на наших усилиях, направляемых на преодоление чувства неполноценности и, благодаря этому, упрочивающих чувство уверенности.

С точки зрения Адлера, стиль жизни настолько прочно закрепляется в возрасте четырёх или пяти лет, что впоследствии почти не поддаётся принципиальным изменениям. Конечно, люди продолжают находить новые способы выражения своего индивидуального жизненного стиля, но это, в сущности, является только совершенствованием и развитием основной структуры, заложенной в раннем детстве. Сформированный таким образом стиль жизни сохраняется и становится главным стержнем поведения в будущем. Другими словами, значительная часть того, что мы делаем, формируется и направляется нашим, единственным в своём роде, стилем жизни. От него зависит, каким сторонам своей жизни и окружения мы будем уделять внимание, а какие будем игнорировать. Все наши психические процессы (например, восприятие, мышление и чувства) организованы в единое целое и приобретают значение в контексте нашего стиля жизни.

Представим в качестве примера женщину, стремящуюся к совершенству путём расширения своих интеллектуальных возможностей. С позиции психологии Адлера основной акцент она сделает на интенсивном чтении, изучении, размышлениях – то есть на всём том, что может послужить цели повышения её интеллектуальной компетентности. Она может распланировать свой распорядок дня с точностью до минут – отдых и хобби, общение с семьёй, друзьями и знакомыми, общественную активность – но опять-таки в соответствии со своей основной (подсознательной) целью. Другой человек, напротив, работает над своим физическим совершенствованием и структурирует жизнь таким образом, чтобы цель стала достижимой. Многое из того, что он делает, нацелено на достижение совершенства в физическом плане. Аспекты поведения человека вытекают из его стиля жизни. Интеллектуал запоминает, размышляет, рассуждает, чувствует и действует совсем не так, как атлет, поскольку у них разные стили жизни.

Осознание и трансформация своего “стиля жизни” возможна только при том условии, если человек ставит перед собой эту цель, направляет на неё своё внимание и прикладывает значительные усилия для достижения этой цели на протяжении всей жизни.


Типы личности по А. Адлеру: установки, связанные со стилями жизни

Адлер напоминает, что постоянство нашей личности на протяжении жизни объясняется сформировавшимся в раннем детстве стилем жизни. Основная ориентация взрослого человека по отношению к внешнему миру также определяется стилем жизни. Он отмечал, что истинная форма нашего стиля жизни может быть распознана только при условии знания, какие пути и способы мы используем для решения жизненных проблем. Каждый человек неизбежно сталкивается с тремя глобальными проблемами: работа, дружба и любовь. С точки зрения Адлера, ни одна из этих задач не стоит особняком – они всегда взаимосвязаны, и их решение зависит от нашего стиля жизни: "Решение одной помогает приблизиться к решению других; и действительно, мы можем сказать, что они представляют собой разные аспекты одной и той же ситуации и одной и той же проблемы – необходимости для живых существ сохранять жизнь и продолжать жить в том окружении, которое у них есть".

Поскольку у каждого человека стиль жизни неповторим, выделение личностных типов по этому критерию возможно только в результате грубого обобщения. Придерживаясь этого мнения, Адлер весьма неохотно предложил типологию установок, обусловленных стилями жизни. В этой классификации типы выделяются на основании того, как решаются три главные жизненные задачи. Сама классификация построена по принципу двухмерной схемы, где одно измерение представлено "социальным интересом", а другое – "степенью активности". Социальный интерес представляет собой чувство эмпатии ко всем людям; проявляется он в сотрудничестве с другими скорее ради общего успеха, чем для личных выгод. В теории Адлера социальный интерес выступает основным критерием психологической зрелости; его противоположностью является эгоистический интерес. Степень активности имеет отношение к тому, как человек подходит к решению жизненных проблем. Понятие "степень активности" совпадает по значению с современными понятиями "возбуждение", или "уровень энергии". Как считал Адлер, каждый человек имеет определённый энергетический уровень, в границах которого он ведёт наступление на свои жизненные проблемы. Данный уровень энергии или активности обычно устанавливается в детстве; он может варьироваться у разных людей от вялости, апатичности до постоянной неистовой активности. Степень активности играет конструктивную или деструктивную роль только в сочетании с социальным интересом.

Первые три адлеровских типа установок, сопутствующих стилям жизни, – это управление, получение и избегание. Для каждой из них характерна недостаточная выраженность социального интереса, но они различаются по степени активности. У четвертого типа, социально-полезного, присутствуют и высокий социальный интерес, и высокая степень активности. Адлер напоминает нам, что ни одна типология, какой бы хитроумной она ни была или ни казалась, не может точно описать стремление личности к саморазвитию, совершенству и цельности. Тем не менее, описание этих установок, сопутствующих стилям жизни, в некоторой степени облегчит понимание поведения человека с позиции теории Адлера.

Управляющий тип
Люди самоуверенные и напористые, с незначительным социальным интересом, если он вообще присутствует. Они активны, но не в социальном плане. Следовательно, их поведение не предполагает заботы о благополучии других. Для них характерна установка превосходства над внешним миром. Сталкиваясь с основными жизненными задачами, они решают их во враждебной, антисоциальной манере. Юные правонарушители, наркоманы и так далее – примеры людей, относящихся к управляющему типу по Адлеру.

Берущий тип
Как следует из названия, люди с подобной установкой относятся к внешнему миру паразитически и удовлетворяют большую часть своих потребностей за счёт других. У них нет социального интереса. Их основная забота в жизни – получить от других как можно больше. Они обладают низкой степенью активности и причиняют другим страдания.

Избегающий тип
У людей этого типа нет ни достаточного социального интереса, ни активности, необходимой для решения своих собственных проблем. Они больше опасаются неудачи, чем стремятся к успеху, их жизнь характеризуется социально-бесполезным поведением и бегством от решения жизненных задач. Иначе говоря, их целью является избегание всех проблем в жизни, и поэтому они уходят от всего, что предполагает возможность неудачи.

Социально-полезный тип
Этот тип человека – воплощение зрелости в системе взглядов Адлера. В нём соединены высокая степень социального интереса и высокий уровень активности. Являясь социально ориентированным, такой человек проявляет истинную заботу о других и заинтересован в общении с ними. Он воспринимает три основные жизненные задачи – работу, дружбу и любовь – как социальные проблемы. Человек, относящийся к данному типу, осознаёт, что решение этих жизненных задач требует сотрудничества, личного мужества и готовности вносить свой вклад в благоденствие других людей.

В двухмерной теории установок, сопутствующих стилям жизни, отсутствует одна возможная комбинация: высокий социальный интерес и низкая активность. Однако невозможно иметь высокий социальный интерес и не обладать высокой активностью. Иными словами, индивидуумам, имеющим высокий социальный интерес, приходится делать что-то, что принесёт пользу другим людям.